Знаки судьбы  - Лина Диас

– Вы ее баловали.

– Она это заслужила. Жалею о том, что не делала для нее больше, пока она была жива. Как бы хорошо ни шли мои дела, она не разрешала мне дарить ей дорогие подарки и возвращала мне половину того, что я ей посылала… Как-то я собрала ей полную меблировку для дома, но она не позволила грузчикам достать хоть что-то из грузовика.

– Узнаю Дороти! – Мистер Леонард улыбнулся и, склонившись к ней, похлопал ее по здоровому плечу. – Примите еще раз мои соболезнования. Я знаю, что вы ее очень любили. Ее сердечный приступ стал настоящим потрясением для всех нас.

Бекс невольно зажмурилась, пытаясь сдержать слезы.

– Спасибо. Правда, не стоит без конца думать о прошлом. Мне нужно как можно скорее подготовить дом к продаже и вернуться к себе, пока Эллисон не утомилась подменять меня в нашем антикварном салоне.

– Кто такая Эллисон?

– Моя помощница. И друг. Как вы думаете, много времени уйдет на формальности и когда можно будет выставить дом на продажу?

Бекс отважилась взглянуть на раненую руку. Четыре шва… возможно, осталось еще столько же.

– В лучшем случае через несколько недель, в худшем – через несколько месяцев. В завещании вашей матушки ничего запутанного нет. Придется подумать, как поступить с объектами недвижимости, которыми она владела в нашем округе. Как только я удостоверюсь, что на них не наложен арест за долги, переведу их на ваше имя.

– Вы имеете в виду папины сельскохозяйственные угодья? По-моему, участки земли сдавались в аренду местным фермерам. Насколько я помню, одни и те же люди арендуют участки много лет…

– Да, но освободить землю труда не составит. Это не проблема. Лишение имущества по суду – совершенно обычная процедура.

– Я не хочу, чтобы они уходили. Переведите землю на них.

– Что, простите? – Пожилой адвокат заморгал, сделавшись похожим на филина.

– Мистер Леонард, земля мне не нужна. Дела у меня идут неплохо. Конечно, меня ни по каким меркам нельзя назвать богатой. Но все, что мне нужно, – у меня есть. Я не хочу жадничать. Фермеры много лет обрабатывают землю. Они ее заслужили. Я хочу поступить по справедливости. Не сомневаюсь, мама с папой меня бы одобрили.

Адвокат явно хотел возразить, но лишь кивнул.

– Что ж, земля ваша. Я подготовлю документы о передаче прав собственности.

– Благодарю вас.

Дон закончил свою работу и убрал иглу. Но, когда Бекс попыталась встать, он ее удержал:

– Мне еще нужно забинтовать руку!

Бекс вздохнула:

– Если работа с документами займет много времени, может быть, сделаем все по электронной почте? Включая продажу маминого дома.

Адвокат нахмурился:

– Почему вы хотите так поступить? Вы сейчас здесь. Если несколько недель – слишком долгий срок, я постараюсь ускорить процесс.

– Не хочу, чтобы вы спешили из-за меня. Но после сегодняшних событий мне хочется скорее уехать. Если позволите, я выпишу на вас генеральную доверенность.

– Конечно, вы имеете право так поступить. Но позвольте напомнить, что многие люди предпочитают выписывать генеральную доверенность не своему адвокату, а человеку, которого они знают и которому доверяют.

– Мама вам доверяла. Мне этого достаточно.

Он слегка покраснел. Неожиданно до Бекс дошло: скорее всего, его с Дороти связывала не просто дружба. Как бы там ни было, мама никогда ей ничего не рассказывала.

Мистер Леонард откашлялся.

– Мисс Кейн, спасибо за доверие. У меня в офисе имеется типовой бланк генеральной доверенности. Вы можете ее подписать. Когда закончите здесь свои дела, я вас провожу. У Марты есть лицензия нотариуса. Она засвидетельствует подлинность наших подписей и заверит документ.

– Пожалуйста, чуть-чуть поднимите руку, – попросил Дон.

Бекс подняла руку, чтобы он мог наложить бинт.

– Значит, мы договорились, – обратилась она к адвокату. – Чем скорее я уеду из Дестини, тем лучше. Здесь для меня не осталось ничего, кроме плохих воспоминаний.

Уловив краем глаза какое-то движение возле машины, она подняла голову и увидела Макса. Он стиснул челюсти, глаза у него потемнели.

– Макс… м-м-м… привет. Давно ты здесь стоишь? – спросила она.

– Достаточно.

Горечь в его голосе ее удивила. Неужели он слышал то, что она сказала мистеру Леонарду? Да какая разница! Судя по тому, как он обошелся с ней в супермаркете, точно не питает к ней никаких чувств.

Он показал на повязку:

– Что с твоей рукой?

Бекс поморгала и опустила голову. Она совсем забыла о своей ссадине.

– Порезалась немного.

– Там рваная рана, – уточнил Дон. – Пришлось наложить восемь швов.

– Как это случилось? – Макс обошел адвоката и поднялся в салон «скорой помощи». Взяв Бекс за левую руку, он осмотрел повязку.

Бекс нахмурилась и высвободила руку.

– Наверное, это случилось, когда ты… когда я пряталась между стеллажами. Ничего страшного. Я хорошо себя чувствую… правда!

Какое-то время он молча смотрел на нее, а затем, отвернувшись, заговорил с фельдшером:

– Почему ее не отвезли в больницу?

– Она не захотела…

– Я отказалась, – вмешалась Бекс.

– Так почему? – повторил Макс, по-прежнему глядя на фельдшера.

Дон состроил удивленную мину:

– Мисс Кейн… не хотела ехать в больницу. Она попросила меня наложить швы здесь.

– А как же риск заражения? Полки в магазинах, знаете ли, не стерильны.

Замешательство на лице Дона сменилось суровостью.

– Сэр, я умею обрабатывать раны. И спросил, не нужно ли сделать мисс Кейн прививку от столбняка, но она отказалась.

Макс развернулся к ней лицом:

– Либо тебе сделают прививку, либо ты едешь в больницу.

Бекс закатила глаза и схватила с сиденья свою сумочку.

– Макс, я не идиотка. Все прививки делаю вовремя! И мне не нужно, чтобы ты… или кто-нибудь другой указывали мне, что делать! – Она пожала фельдшеру руку. – Спасибо, Дон. Я очень ценю вашу помощь.

Она собралась спрыгнуть на землю, но Макс осторожно отодвинул ее и спрыгнул первым, потом подхватил ее.

От его рук по ее спине прошла теплая волна, и она застыла от удивления. Он стиснул зубы и, отпустив ее, сделал шаг назад. Прежде чем она успела объяснить, что он не так понял ее реакцию, к ней подошел мистер Леонард:

– Пойдемте в мой офис. Я вас провожу.

– Вначале ей придется ответить на вопросы в связи с перестрелкой. – В голосе Макса звенели стальные нотки.